Дружите с нами
в социальных сетях:

Замогильный рэп и еще 5 развлечений на выходные

Что почитать, посмотреть и послушать в эти прекрасные выходные.

 



 

 

Альбомы «Come Over When You're Sober Pt 2» и «Goth Angel Sinner EP»      

Lil Peep

 

Жизнь ироничная штука – на счастье сценаристам голливудских байопиков. После смерти Лил Пипа – того Лил Пипа, который значительную часть своего творчества посвятил если не подростковому бунту, то как минимум тихому юношескому побегу от ответственности («Я буду долго возвращаться домой / В телефоне пара сотен пропущенных звонков»), и просто фото которого массе юных слушателей было бы страшно показать собственным родителям, – так вот после смерти этого 21-летнего эмо-рэпера, чья карьера по сути только начала взлетать, за кураторство его музыкального наследия плотно взялась мама. Она продала права на неизданные записи мажорному лейблу; проследила, чтобы на последний альбом вошли её любимые песни, записанные сыном, когда тот был тинейджером («Life Is Beautiful» – это песня «Life» с первого EP рэпера под новый, теперь неукраденный бит); сама выступила режиссёром музыкального клипа  с использованием детских фото и анимации на основе стыдливых детских рисунков артиста; к продюсированию документального фильма о нём привлекла живого классика и друга семьи Терренса Малика; и теперь, наконец, даёт приуроченное к выходу альбома интервью журналу Pitchfork («Я смотрела его трансляции в Periscope. Иногда там писала: «Мама тебя любит, малыш», а он тогда говорил «Мама, не смотри это. Всё, я отключаюсь»»). В это время бабушка Лил Пипа отвечает всем подряд анонимусам в фейсбуке и даже умудряется от лица погибшей от передозировки наркотиками звезды начать посмертные бифы (по версии бабушки, Лил Пип был хорошим мальчиком, а подонки из творческого объединения GothBoiClique заставляли его принимать наркотики; недавно лого GBC оказалось удалённым из клипа, а соответствующий аудиотэг был вырезан из всех новых песен).

 

Посмертный альбом «Come Over When Your Sober Pt. 2» предсказуемо преследуют те же проблемы, что и практически любой другой посмертный альбом, и дело здесь не заканчивается гиперконтролем родственников исполнителя. По сравнению с демо-записями этих новых песен, попавшими в интернет ещё при жизни Лил Пипа, продюсер всего альбома Smokeasac переделал все биты с нуля, и видно, что он сильно старался – возможно, даже слишком. Аранжировки здесь величественные и многослойные, с целым оркестром инструментов вплоть до струнных – под них легко мог бы спеть какой-нибудь Честер Беннингтон (ранее Лил Пип предпочитал очень простые, грубые биты с приблизительно одним гитарным семплом и одним трэповым драм-лупом). При этом вокал Пипа остался записанным, как и раньше, лоуфайно и плоско, окутанным в куче реверба. Как бы Лил Пип отнёсся к итоговым аранжировкам – вопрос риторический (Smokeasac утверждает, что всё сделал ровно так, как они обсуждали с рэпером при жизни), а вот, к примеру, с составленным постфактум и приложенным бонус-треком «дуэтом» с другой безвременно ушедшей звездой эмо-рэпа XXXTentacion «Falling Down» всё куда более однозначно. В 2017 году, после новостей о подписании обвинявшегося в домашнем насилии XXXTentacion на майджор-лейбл (и за несколько дней до собственной смерти) Лил Пип написал такой твит: «Всегда изучайте бэкграунд исполнителей, которых поддерживаете».

 

Концептуально альбом «Come Over When You’re Sober Pt. 2» – практически полная противоположность первой части, вышедшей в прошлом году. На той пластинке буквально каждая из семи песен была потенциальным стадионным хитом, а на новой, интроспективной и гипнотической, самыми подпевабельными оказываются строчки из единственного однозначного хита «Sex With My Ex»: «Трахни меня, будто мы лежим на смертном одре / Слышу грусть в твоём смехе». Как и остальные его современники, Лил Пип записывал очень много треков, чтобы потом делать упор на кураторской работе над материалом, поэтому вполне вероятно, что, будь он жив, именно эти песни вообще никогда не были бы выпущены (тот факт, что их демо были слиты в сеть ещё до выхода дебюта, а на дебют не вошли, – верный знак). И всё равно новым альбомом невозможно не проникнуться; и никаким попсовым аранжировкам не удаётся опошлить искренность и прямолинейность голоса Лил Пипа. После смерти рэпера эта прямолинейность достигла поистине разбивающих сердце масштабов («Вчера вечером я пытался умереть, но суицид не удался / Проснулся в удивлении: я всё ещё жив?»), и если раньше трогательную искренность его исполнения верно чувствовали только фанаты, то теперь она стала неоспоримой для всех (даже в наивных строчках из той самой песни из подросткового периода «Life Is Beautiful»: «Хочешь увидеть друзей, а сам торчишь в больнице / Заходит доктор и говорит, что надежды нет / В мозге опухоль, неоперабельная / Разве жизнь не прекрасна? Мне кажется, что жизнь прекрасна»). В том, как сама по себе смерть заставляет немного по-новому звучать голос исполнителя, нет, конечно, ничего удивительного. Всё-таки популярное пение – это не просто владение нотами, но и эмоциональный перформанс сродни актёрскому; такой эмоциональный окрас смерть может изменить очень сильно.

 

Из нового материала на своих самых последних концертах Лил Пип исполнял вовсе не песни с альбома «Come Over When You're Sober Pt. 2» (их, кажется, вообще вживую исполнить не успел), а песни с EP «Goth Angel Sinner» – по сути последнего завершённого при жизни проекта. Этот релиз на три трека до сих пор не вышел официально и, вполне возможно, что и не выйдет (одна из песен – это одна большая поимённая ода участникам объединения GothBoiClique; все три трека спродюсировал Fish Narc – главный наркоман этого объединения, согласно бабушке Лил Пипа), но зато он был недавно слит в интернет более-менее в той версии, которую Пип исполнял вживую. На тех концертах он если и был каким-то актёром, то актёром-мамблкорщиком: на сцене с помощью кровати, мятого постельного белья и аниме-постеров воссоздавалась собственная спальня рэпера. Под расслабленный, совсем нетанцевальный бит авторства Fish Narc он бубнил свою интимную лирику («Я всё ухожу, мы всё миримся / Я всё ухожу, мы всё миримся / Я всё ухожу, мы всё миримся» – и так срываясь в плач), а в это время зрители молчали и как-то неловко замирали.

 

Даже на студийной версии EP «Goth Angel Sinner» Лил Пип звучит как будто он только проснулся и теперь спросонья вам на ушко бормочет фристайлы – без особых эффектов обработки и каких-то сильно продуманных хуков. Каким-то алхимическим образом эти песни оказываются чуть ли не самыми грустными в карьере артиста, а сам он напоследок открывает удивительную способность заставлять рыдать самыми непримечательными поэтическими образами, будь то пропетый не в такт припев «Ask Yourself» – «Я был в отъезде, в туре по Бельгии / Это был день, когда я убедил себя, что я подлинно твой» – или пробормоченные, едва двигая языком, случайные строчки из «When I Lie» – «Синее небо понемногу сереет, когда я говорю ей, что со мной всё в порядке».

 

Н. Л.

 
 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фильм «Дорога Грома»

реж. Джим Каммингс

 

Импозантный и собранный, но напрочь убитый горем офицер полиции Джим Арно (роль исполняет сам режиссёр) окончательно теряет остатки импозантности и собранности на похоронах матери, когда заканчивает прощальную речь нелепым импровизационным танцем, напевая под нос хит Брюса Спрингстина «Thunder Road», который не заиграл из сломавшегося магнитофона (тот случай, когда из нехватки денег на покупку прав на песню родился один из самых щемящих киномоментов года). Джима выпроваживают подышать воздухом, но лавину поводов для эмоционального кризиса уже не остановить: герой вылетит с работы за драку с бомжом, нагрубит судье, пытаясь выиграть опеку над дочерью, которую толком не знает, как воспитывать, тщетно будет пытаться восстановить заброшенную танцевальную школу матери и вызывать всё больше раздражительного сочувствия у окружающих.



«Дорога грома» – полнометражный дебют Джима Каммингса, третьестепенного актёра из «Рассказа служанки», выигравший в этом году главный приз фестиваля SXSW – эдакой разнузданной версии «Сандэнса», которую очень любит Ричард Линклейтер и где спокойно может пройти как премьера нового «Форсажа», так и первая за миллион лет пресс-конференция Терренса Малика. Фильм вырос из титулованной как раз-таки «Сандэнсом» короткометражки, которая и составляет открывающий эпизод с речью и танцем. После такого слишком целостного и пронзительного вступления вообще сложно представить, как дальше рассказывать эту совершенно неактуальную историю о переживаниях копа-представителя белого среднего класса, но Каммингс, человек явно очень чувствительный, виртуозно ловит модную в последнее время у независимых постановщиков cringe-интонацию, раз за разом заставляя зрителей проходить сложнейшие тесты на эмпатию. Сцен, во время которых не знаешь, смеяться или плакать, и одновременно хочется и обнять главного героя, и съездить ему по лицу, в фильме более, чем хватает.



Несмотря на безоговорочный восторг зарубежной прессы, «Дорога грома», конечно же, далеко не шедевр и вряд ли даже лучший дебют 2018-го. Кино слабо движется вперёд и строится, в основном, на отдельных сверхэмоциональных эпизодах-виньетках; некоторые из них – сцена с раздеванием перед коллегами или момент в учительской с участием инди-звезды Мэйкона Блэра – просто образцы уморительно-дискомфортного фарса. Почти всё, что между, похоже скорее на экранизацию какого-то среднего стендап-концерта, но то, как Джим Каммингс играет своего героя, на тонкой грани где-то между Адамом Сэндлером и Кейси Аффлеком из «Манчестера у моря», делает его самого, пожалуй, одним из главных открытий для новой трагикомедии, и не только в этом году.

 

А. К.

 

 

 

Сериал «Леденящие душу приключения Сабрины»

 

Сабрина Заклятьева, бойкая и умненькая старшеклассница из чрезвычайно живописной школы где-то в Новой Англии, ведет бурную общественную жизнь, отдает всю себя подругам и их увлечениям, бережет в сердце взаимное чувство к дубоватому, но милому шахтеру-комиксисту. Параллельно Сабрина готовится стать ведьмой – все в порядке, это старая семейная традиция, и ее покойный отец в свое время добился серьезных карьерных достижений на ниве службе врагу рода человеческого.

 

Из-за того, что «Очень странные дела» в этом году не выходят, внимание общественности, уже подсевшей на ностальгические, уютные и гиперстилизованные, но вполне серьезные и неироничные фантастические сериалы из жизни красивых подростков, все досталось «Приключениям Сабрины» – и совершенно по делу. Это вполне крепко сбитая сказка с уклоном в реализм и психологизм, расцветающая благодаря удачному кастингу и клишированному до такой степени, что уже снова кажется свежим, сеттингу – темные классные комнаты, ретро-динеры, залитые лунным светом кладбища и обитые мореным дубом гостинные больше похожи на инстаграм про викторианские интерьеры в преломлении Америки 60-х, чем на реальные места.

 

Чудесная, похожая в минуты сомнений на аниме-девочку, а когда произносит важные монологи (а их тут как в сборнике речей Цицерона, и все очень даже ничего) – на юную Лену Данэм, Кирнан Шипка настолько хороша в главной роли, что одной ее на 10 серий хватило бы. Но у авторов есть еще жуткая и сексуальная ведьма-училка, две сбежавшие из английских телепостановок по Диккенсу тетушки, гей-ведьмак и довольно убедительно сделанный в виде двуногого кровавого козла Сатана. Неубедительно сделанные персонажи (бойфренд Сабрины, первосвященник Сатаны, три гадкие старшеклассницы из школы волшебства) и удивительно неудачные спецэффекты (есть целая серия с монстром, выполненным на уровне детских сериалов 90-х годов) испортить эффект не могут – «Приключения Сабрины» сразу берут верный тон, и ожидать от них «Мастера и Маргариты» или «Твин Пикс» никто не станет.

 

Парадокс в том, что сходу взяв курс на что-то типа фильмов про Гарри Поттера в подростковом возрасте, создатели сериала, видимо, не слишком специально кое-где перегнули палку и вышибли из тележвачки немного настоящей магии. Половина кадров натурных съемок расплываются по краям, как будто кто-то послюнил пальцем объектив, или как будто тяжелая душистая сырость мокрой лесной опушки волшебным образом оцифровалась и вот выложена в  интернет. На личике Кирнан Шипки, перерезающей в шутку, с расчетом потом все поправить, глотку перепуганной до смерти и не верящей в происходящее девушке, вдруг мелькает взаправдашнее, самодовольное озверение, а за ним осознание этого и понимание, что вот детство и закончилось и никогда ничего больше не вернуть. Благодаря таким алмазам от подросткового сериала на десять серий отваливаешься с тяжелым и сладостным вздохом: «Делааа». 

 

 А. С.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Комикс «Dementia 21»  

 

В 2018 году культовая фигура манга-андерграунда Синтаро Каго, кажется, наконец-то получает заслуженное международное признание после без малого 30 лет карьеры. До сегодняшнего момента в англоязычном пространстве он издавался только дважды. В 2017 году в американском хентай-издательстве Fakku вышел его переводной сборник лучших рассказов «Super Dimensional Love Gun» (у постоянных читателей издательства он, естественно вызвал сильное недоумение; трудно представить, что много кого могут сексуально возбудить истории вроде той, где женщины организуют клуб и соревнуются в искусстве, созданном из собственных абортированных плодов). В 2016 году в итальянском издательстве Hollow Press вышел 60-страничный немой полноцветный альбом «Tract» о проводах и макаронинах, убивающих людей, 500 экземпляров тиража которого даже по двойной цене в 40 евро быстро раскупили онлайн (впрочем, автор этих строк сумел купить копию, залежавшуюся в магазинчике комиксов маленького итальянского курорта, даже этим летом, ещё и со скидкой). И вот, наконец, в прошлом месяце влиятельное американское издательство комиксов Fantagraphics (которое вообще-то очень редко издаёт мангу) выпустило большую книгу Синтаро Каго «Деменция 21», включающую в себя несколько страшных, смешных, сюрреалистических, фантастических историй о простой медсестре из дома престарелых по имени Юкиэ.

 

В Японии «Деменция 21» публиковалась с 2011 по 2013 годы в онлайн-журнале Comicloud – в ужасном джпег-качестве и со шрифтом Comic Sans (новое красивое американское издание пока что включает первую половину этих историй). Это самый длинный опубликованный сериал Каго, и задача раз в месяц придумывать новый сюжет о трудностях Юкиэ в уходе за стариками заставила его и без того незаурядную фантазию неслабо разгуляться. В первом выпуске героиня вступает в соперничество с другой медсестрой в погоне за баллами корпоративного рейтинга, ради чего берётся за уход за самой гнусной и капризной старухой; во втором выпуске она оказывается на выездной работе в частном доме, где количество стариков каждое утро увеличивается вдвое (как оказывается позже, это соседи скидывали своих предков простодушной героине – она продолжала за всеми ухаживать до изнеможения); в третьей главе Юкиэ приходится ухаживать за сенильной старухой-экстрасенсом: когда та забывает имена родственников, у тех взрываются головы, а со временем старуха начинает забывать имена телеведущих и целые абстрактные концепции вроде «автомобильных покрышек» – можете представить себе, что и в следующих 35 историях градус безумия продолжит расти экспоненциально.

 

Из-под руки Каго даже самые надуманные и неестественные сай-фай-сюжеты оказывается читать одно удовольствие. Во-первых, он умеет действительно смешно шутить: например, в серии о прикованном к кровати супергерое-гиганте на пенсии на него нападает старый инопланетный гигантский злодей, но драться у обоих не хватает сил, и они просто начинают обсуждать свои болячки, посылая Юкиэ за огромной цистерной с чаем; в выпуске про эдакую «Королевскую битву» за место в элитном доме престарелых кто-то строит в лесу приманку для стариков в виде фрагмента больничного коридора, регистратуры и одной очень удобной лавочки. Во-вторых, рассказчик из Каго очень интуитивно понятный и хорошо структурированный; комиксы его льются как песня (не в пример коллеге по жанру эро-гуро Суэхиро Маруо) и всегда обрываются, как комедийные скетчи, на большом панчлайне, без скучных размусоливаний развязок изначально абсурдных сюжетов.

 

Ну а в-третьих, даже когда Каго после 30-с-чем-то глав попадает в реальный творческий кризис – он не давит из себя вторичные сюжеты, а искренне пишет главу, где он сам главный герой, обсуждающий с редактором невероятную перспективу превращения «Деменции 21» в аниме. Для этого ему приходится не только нарисовать Юкиэ большие глаза и грудь, но и поменять стариков на других милых девушек, а телесные ужасы в кадре заменить приятными глазу романами между пациентками и медсестрой. В интервью в конце издания от Fantagraphics Каго отказался отвечать на любые вопросы по содержанию своей манги, но, кажется, прямее, чем этой ироничной мета-главой и невозможно ответить на вопрос, что же такого замечательного и глубоко правдивого в его дадаистских работах.

 

Н. Л. 

 

  

 

 

 

 

 

 

 

 

Игра «Assassin's Creed Odyssey»

 

Новорожденного младенца спартанского полководца местный жрец признает проклятым и рекомендует сбросить со скалы. Полководец, скрепя сердце, соглашается, но жена и ребенок постарше лезут в бутылку, и дело заканчивается плохо для всех. Годы спустя подросший на захолустной Кефалонии ребенок-спартанец решает выбраться на большую землю и заработать себе славу и деньги убийствами всех встречных и поперечных.

 

Вышедшая в начале октября новая часть серии «Assassin's Creed» обзавелась всеми необходимыми патчами и сейчас, очевидно, находится в своем идеальном состоянии. Судя по всему, «Odyssey» – лучшая в этом году игра-блокбастер из доступных на компьютерах, так что если вы играете в одну большую игру в год, то вот и она. Вся она состоит из огромного, бесконечно увлекательного и привязчивого зачищения карты античной Греции. Десятки, а то и сотни часов надо обегать континентальные области и удаленные острова, всюду влазить на обзорные возвышенности, зачищать бандитские лагеря, разрешать квесты местных жителей и следовать по кинематографично заскриптованному большому сюжету.

 

«Assassin's Creed» – лучший наглядный пример того, насколько нынешние видеоигры свежее кино. По сути, внутренней связностью истории, геймплея и дизайна обладала только самая первая игра серии. Там было очень удобно исследовать мир, планировать совершение убийства и затем уходить от погони, а вот драться больше чем с одним человеком за раз – мучительно сложно. Уже ко второй игре разработчики выбросили концепцию «реалистичные убийства в исторических декорациях» на помойку и перешли к сложнопостановочным костюмным приключениям. Потом были дорогие ремастеры «Пиратов» Сида Мейера, костюмные приключения в эпоху Нового времени, и вот теперь «Assassin's Creed», под впечатлением от художественных и финансовых успехов «Ведьмака», превратилась в RPG. Любому наблюдателю очевидно, что авторами не руководит ничего, кроме желания немедленно и особо не думая копировать все, что популярно на момент выхода последней серии игры. Во что вы там все играете, спросили разработчики в 2015-м, в «Ведьмака»? Ну будет вам «Ведьмак».

 

Строго говоря, получилось у них очень плохо – если по отдельности квесты еще хоть на что-то похожи, то суммарно сюжетная линия совершенно бредова и не вызывает вообще никакого желания за ней следить. Однако, и так совершавшие чудеса в предыдущих играх серии, художники «Odyssey» провели настолько потрясающую работу, что нарисованную ими Элладу, со всеми ее расписными храмами, разноцветными статуями, выжжеными солнцем амфитеатрами, писающими на куль сена в лучах заходящего солнца портовыми рабочими, топчущимися в давленном винограде рабами, дворовыми пятнистыми собаками, криворогими козлами, лесистыми горами и сотнями, тысячами восхитительных мелочей – эту мультяшную, лишенную внутренней поэзии Велена или Скеллиге, но от того не менее красивую Элладу хочется выучить наизусть, наплевав на всякий сюжет, апгрейды оружия и черт знает зачем появившиеся эротические линии.

 

Представить себе человека, который высиживает сто часов фильмов вселенной «Марвел» и при этом совершенно не вдается в сюжет, чертовски сложно – ну разве что человек это делает в наркотическом опьянении. «Odyssey» настолько упоительно красива и богата деталями, что сама умоляет проматывать все диалоги и пьянит так, что выбрасывает часы из жизни игрока сразу сутками.

 

А. С.

 

 

 

Статья про смерть в море

 

Прошлой весной ушедший в кругосветку на небольшой яхте американский пенсионер отправил жене письмо следующего содержания: «Похищен кинокомпанией чернокнижники сюга захватили штурвал». Жена, сын и дочь пенсионера, перепуганные, ровно ничего не понимающие, вели с ним переписку еще какое-то время, но он быстро перестал отвечать, а яхта скоро пропала со всех радаров и исчезла где-то в южной части Тихого океана совершенно бесследно.

 

Огромный и довольно душераздирающий материал об этом на сайте «Outside» написала дочь пенсионера. Она не имеет никаких особых иллюзий на счет его судьбы и исходит из того, что в тот же день, когда их переписка оборвалась, отец и погиб. Она приводит версию брата с которой, очевидно согласна: изможденный недосыпом и нехваткой пресной воды (за пару дней до начала злополучной переписки пенсионер сообщил, что у него сломался опреснитель) их отец сначала видел в ночном море прямо по курсу деревья, встающие из-под воды и тающие по мере приближения, потом стал слышать странный шум, будто бы от моторов настигающих его кораблей, и наконец совершенно уверился, что был атакован пиратами (которых, разводят руки власти Таити, как раз в этом регионе океана совсем нет), и чтобы не даться им живым, вывел из строя аппаратуру с мотором, поджег корабль, а сам нырнул за борт и уверенно, большими нырками поплыл на дно, подальше от сполохов огня и все тускнеющего лунного света.

 

Какой драматург доверит разыграть такую историю круглому большезубому деду с короткими седыми волосами, хрупкой застенчивой женой и надписью крупными буквами поперк лба «менеджер пожизненно» – а жизнь доверила. С детства наслаждавшийся жизнью лишь в воде, лишь когда греб веслом, крутил руль или выставлял паруса, ничем не приметный калифорнийский мужик и с семьей, и на работе проживал лишь теневой черновик, а жил в своих мечтах о кругосветке, далеких портах, прохладном ветерке, обдувающем лицо, волнах, слизывающих одни за другими его одинаковые очки. Снабженный обычными фотографиями (даже стоящий на фоне своей яхты дед кажется просто довольным дедом на фоне яхты) текст завораживает тем, как настолько неказистый, уныло буржуазный фон подошел такой поэтической и жуткой трагедии. В лучший момент, когда полоумные письма деда вдруг сменяются ясным сообщением, что он только что развеял над морем прах матери и отчима, текст превращается в большую литературу, совершенно не ставя перед собой такой задачи.

 

 А. С.

 

Фото: Columbia Records, Paname Distribution/The 10 East, Netflix, Fantagraphics, Ubisoft, outsideonile.com

Поделиться
Сейчас на главной
Показать еще   ↓