Дружите с нами
в социальных сетях:

Побыть ковбоем и еще 5 занятий на выходные

Что посмотреть, послушать и почитать в эти прекрасные выходные.

 

 



 

 

Альбом «Be the Cowboy»    

Mitski

 

«Если б только суметь, я бы стала твоей маленькой ложкой / И целовала твои пальцы до скончания веков»,  тихонечко пела певица Мицки в начале «Your Best American Girl», одной из лучших песен текущего десятилетия, вещи бесконечно изящной и неуловимо ускользающей от любого толкования. Неслыханные самоуничижения в ней наталкивались на отчетливый сарказм, а исповедальная искренность, на которую по причинам скорее социального, чем художественного характера издревне особенно сильно клюют поклонники инди-рока (то есть люди, обреченные вплоть до превращения в скучных мещан снова и снова переживать в голове притеснения в старших классах и не готовые открываться никому, кто не откроется им первым), быстро оказывалась набором саморазрушающихся болезненных клише, которые, в свою очередь, оказывались единственно точными и правдивыми в описании конфликта песни. Эмоциональная сложность текста подкреплялась таким же изумительно точным исполнением, и за три минуты песня превращалась из акустической баллады в шугейз-гимн, а потом теряла форму и угасала.

 

На новом альбоме Мицки «Be The Cowboy» нет ни одной песни масштаба «Your Best American Girl», зато средний уровень альбома подрос сравнительно с прошлым: теперь это не ретро-инди-рок про чувства, а внежанровый сборник песен лирической тематики, который более-менее в таком же виде мог выйти в 1950-х, и, наверняка, не утратит ни капли своей силы в 2050-м. Лучшие моменты приходятся на совершенно бродвейскую «Nobody», где Мицки все более и более пугающе выпрашивает поцелуй, нежный оркестровый поп «Pink in the Night», где Мицки в темноте таращится на спину мужчины и умоляет разрешить его поцеловать, и задорный синти-поп «Washing Machine Heart», где Мицки сообщает, что сегодня не красила губы, потому что рассчитывала на поцелуи. Все это бесконечно далеко от текущей общественной повестки, от борьбы с токсичной маскулинностью и выученной беспомощностью, от прочерчивания границ и уточнения проекций и в то же время совершенно никак не соприкасается со стилизованной женственностью, допустим, Ланы Дель Рэй. В Мицки нет никакой «грации», равно в ней нет и «угловатости», ее песни сочинены так хорошо, и чувства, в них схваченные, так тщательно дистилированы от ненужных примесей, что «Be The Cowboy» не производит впечатления стилизации даже в той степени, в какой стилизацией был недавний «Golden Hour» Кейси Масгрейвз. Вероятно, эта недостаточная жанровая заостренность помешает Мицки заработать все те деньги, какие ей как первоклассному сочинителю на пике формы сейчас полагаются, но для людей, готовых с головой нырнуть в изощренный художественный мир большого артиста, «Be The Cowboy» – настоящая находка.

 

А. С.

 
 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фильм «Лес для деревьев»

реж. Марин Адэ

 

Всем знакомо понятие «френдзона». А слышали ли вы когда-нибудь о «знакомый-зоне»? Вряд ли, ведь это выражение я сам придумал пару лет назад и пишу о нём сейчас впервые. Познакомиться с новыми интересными людьми (стать для них одним из «знакомых») бывает довольно легко, а вот построить с ними полноценную дружбу – это уже сложная задача, требующая не только взаимной симпатии, но и определённых социальных навыков. И часто получается так, что жертвам «знакомый-зоны» о ненавистной всеми френдзоне остаётся только мечтать. Так вот, дебютный фильм режиссёра Марен Аде (знаменитой своей артхаусной комедией о условностях социальных устоев «Тони Эрдманн») «Лес для деревьев» – это один из главных фильмов об этой самой «знакомый-зоне».

 

Сюжет такой: добродушная провинциалка Мелани устраивается учительницей старших классов в школу в немецком городе Карлслуэ и начинает новую самостоятельную жизнь (из родного дома её провожают не только родители, но и бывший парень). Из-за кротости характера девушки ученики вовсю берутся над ней издеваться прямо на уроках, а коллеги начинают шептаться за спиной о её некомпетентности. Мелани не унывает, ведь у неё есть новая подруга – соседка Тина; вот только рассчитать силу дружеских подкатов героине каждый раз не удаётся, и в какой-то момент Тина начинает делать всё возможное, чтобы от Мелани отстраниться.

 

Кино снято на ручную цифровую камеру, с годами утратившую свой позорный статус любительского средства, доступного каждому (даже смартфоны теперь снимают чистое и стабилизированное видео высокого разрешения), и теперь выглядящую просто как лучший визуальный инструмент неловкого реализма. Степень зрительской вовлечённости повышают и 50 кадров в секунду вместо обычных 24-х, так что если вы хоть немного узнаёте себя в главной героине, то можете приготовиться к самым болезненным, стыдливым и глубоко пробирающим полутора часам, которые вы когда-либо посмотрите на компьютерном мониторе.

 

Н. Л.

 

 

 

Сериал «Stath Lets Flats»

 

Англичанин греческого происхождения Статис работает в риэлтерской конторе своего отца только благодаря тому, что это контора его отца. У Статиса по жизни всё валится из рук, он буквально не может связать двух слов, не говоря уже о том, чтобы сдать кому-нибудь средненькую квартиру. При этом он не устаёт напоминать местной карьеристке Кэрол о том, что вот-вот унаследует место руководителя фирмы. Кроме них двоих в офисе работает, например, похожий на белорусского актёра Алексея Свирского скромняга Ал и проходит стажировку сестра Статиса Софи, которая любит обмениваться с Алом только им двоим понятными шутками. Например, такими: «У Кардашьян такие большие попы, что им не нужны стулья». В ответ Ал заливисто смеётся.

 

То, что описывается выше, наверное, трудно будет назвать сильной ситкомной концепцией или стройной «персонажной библией». Всё потому, что создатель сериала и исполнитель заглавной роли Джейми Деметриу действует тоньше, предпочитая хлёстким комедийным панчам маленькие, эмоционально точные детали, подмеченные в общечеловеческом опыте социальной неловкости. В худшие моменты ему всё это не удаётся, и эфир заполняется просто смешным слэпстиком, а в лучшие – сериал приобретает форму импрессионистской оды чистому счастью дружбы.

 

Такой одой уже был абсурдистский веб-сериал Деметриу и его друзей «Year Friends» (серии они режиссировали по очереди), разве что на этот раз всё вышло даже изящнее. Тот веб-сериал эффективно работал на то, чтобы принести своим участникам телевизионные контракты; телевизионный сериал «Stath Lets Flats», хочется верить, обеспечит всему без исключения актёрскому составу как минимум десятилетия второстепенных ролей в голливудском кино – такие они здесь все естественные и обаятельные. 

 

 Н. Л.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Комикс «Lady Snowblood»  

 

Оюки – роковая соблазнительница и наёмная убийца с клинком, спрятанным в зонтике, – путешествует по Японии конца XIX века в поисках трёх мужчин, когда-то убивших её брата и изнасиловавших мать, попутно отвлекаясь на высокооплачиваемые заказы на убийства. Именно этой кровавой и эротической историей сильно вдохновлялся Квентин Тарантино при создании картины «Убить Билла».

 

Сценариста «Lady Snowblood» Кадзуо Койкэ (он также написал и легендарную серию «Одинокий волк и его ребенок») и художника Кадзуо Камимуру принято относить к важному жанру гэкига, про пару представителей которого (Ёсихиро Тацуми, Тадао Цугэ) мы уже писали. Если слово «манга» по-японски означает «весёлые картинки», то придуманное Ёсихиро Тацуми в 1957 году слово «гэкига» – это уже «драматические картинки»; впрочем, такое определение не достаточно точно описывает инновацию всех этих авторов.

 

Осаму Тэдзука выпустил комикс «Преступление и наказание» по Достоевскому ещё в 1953 году – казалось бы, что может быть драматичнее? Вот только во всех остальных отношениях это типичный комикс своего времени: серьёзная история здесь рассказывается с помощью карикатурного слэпстика, гипертрофированных фигур героев и однообразных раскадровок, где текст часто дублирует происходящее в кадре. Лишний текст, не позволяющий рисункам стать больше, чем иллюстрациями, – вообще основная проблема всех ранних комиксов – от манги до «Марвел». С учётом этого, заядлому киноману Тацуми, пожалуй, правильнее было бы назвать свои комиксы и комиксы коллег «кинематографическими картинками».

 

Чтобы понять, что конкретно означает на практике такое кинематографическое качество, попробуйте ответить на такой вопрос: как изобразить в комиксе подъём героев на лифте, да так, чтобы было понятно, что это именно подъём? Современный автор Фукумото Нобуюки в манге про Кайдзи решает эту проблему таким образом: на одной маленькой комиксовой панели рисует посреди схематичной шахты полупрозрачный лифт с персонажами внутри, а рядом помещает неэлегантную, но зато доходчивую жирную стрелку, показывающую вверх. Мастер гэкиги Кадзуо Камимура рисует изящный силуэт убийцы Оюки за красивой резной решёткой кабины лифта и тратит практически целую страницу на три подряд кадра, изображающие движение этой кабины вверх. Камимура не иллюстрирует, а именно изображает; ему удаётся проводить целые страницы с динамичными боями, хитроумно смонтированными флэшбеками и даже болезненными ночными кошмарами вообще без слов, полагаясь только на экспрессию рисунка. «Lady Snowblood» – это тот редкий в истории комикса пример, когда художник становится даже в большей степени автором произведения, чем сценарист, окончательно отрезая комикс от литературы.

 

Н. Л. 

 

  

 

 

 

 

 

 

 

 

Игра «Dead Cells»

 

Dead Cells – игра roguelike экшен-платформер с элементами метроидвании. Особенность жанра в том, что в конце каждого захода в игру вы умираете, весь накопленный лут пропадает, а ваш персонаж попадает на самый первый уровень. Звучит, конечно, как особая форма мазохизма, но тем жанр в целом и конкретно Dead Cells прекрасны: к 15-й минуте захода напряжение становится колоссальным, вы как ошалелый прыгаете от врагов (жизни-то почти закончились!) и их же рубите на мелкие кусочки, чтобы хоть как-то выкрутиться. Но всё равно умираете. И так раз за разом.

 

В Dead Cells вы играете за обезглавленного человечка, который бродит по живописному миру и абсолютно беспощадно рубит всяких чудищ. На бумаге концепт жанра и игры выглядит скучновато, но геймплей и управление в игре сделаны почти идеально. Всё происходит очень динамично, герой двигается плавно и управляется очень легко, бить врагов и перемещаться по уровням – одно удовольствие. Каждый раз, когда вы погибаете, у игрока не возникнет досадного чувства: «Чёрт, снова всё сначала». Наоборот, просыпается азарт, хочется доказать, что можешь отомстить, всех уничтожить и собрать весь лут. Каждый новый заход начинается с мысли: «Ну, теперь-то я вам точно покажу, сволочи!»

 

Другая прелесть игры – это чувство, когда с каждым заходом вы узнаёте игру всё лучше и лучше, проходите всё дальше, раскрываете ранее недоступные секреты. Игра позволяет играть разными тактиками. Доступно три вида основного оружия: меч, щит и лук. Можно идти напролом с мечом и луком – тогда всё очень быстро, весело и ярко, но погибаете вы также скоро; во втором случае можно пройти дальше, более вдумчиво и чуть ли не стратегически, но, например, вы не сможете попасть на некоторые уровни, ворота к которым в игре очень быстро закрываются. Решать вам, оба подхода работают отлично и никакого дисбаланса в игре нет.

 

Минусы. Первый – уже давно приевшаяся пиксельная графика, пускай здесь она выглядит неплохо, а все анимации очень плавные. А второе – это мир: он всё ещё большой и полон секретов и загадок, но совсем не такой атмосферный как, например, в Hollow Knight. Но это совсем мелочи, особенно учитывая, что в Dead Cells можно играть небольшими сессиями по 30 минут, игра много времени не занимает. Только будьте аккуратны: 30 минут могут легко превратиться в 4 часа утра на часах и беспокойную мысль: «Чёрт, через три часа на работу».

 

Д. С.

 

 

 

Статья про выдумывание уголовных дел

 

Писательница Тэффи неоднократно в своих рассказах отмечала, что жизнь – ужасный рассказчик. К дурацкой завязке она имеет привычку приделывать трагические последствия, устраивать из развязки клоунаду, и все это только чтобы на эпилоге непонятно зачем возвысить голос неуместно пафосным образом. Недавнее, например, обширное расследование сайта «The Intercept», в точности следуя за реальными поворотами крупного фбровского расследования вместо истории о любви или ненависти (вынесенных в название статьи), складывается в итоге в нечто бесформенное, идиотское и, конечно, чарующе увлекательное.

 

У истории есть беспроигрышные герои: изворотливый австрийский еврей, который ради американского гражданства оттрубил несколько лет в армии, а затем вместе со своей подружкой-бодибилдершей создал сеть сомнительных клиник для похудания. Однако, сами по себе эти герои никакой сюжет в движение привести были бы не в состоянии: несмотря на многочисленные неоплаченные счета и серию скандалов с влиятельными людьми на ровном месте, внимание правоохранительных органов к ним привлекает совершенно посторонний человек – марокканский бизнесмен, который, чтобы уйти от уголовного преследования за свои финансовые аферы, предложил ФБР выйти на «крупный ближневосточный преступный синдикат» по отмыванию денег. ФБР дали ему денег, он принес их в клинику для похудания и на этом криминальная часть истории закончилась – никакого синдиката за клиникой не оказалось, а владелец, несмотря на настойчивые уговоры оперативников под прикрытием, так и не согласился заказать хоть одно завалящее убийство.

 

Тут на сцену выходят настоящие герои – пара фбровцев, которые пятью годами ранее прославились тем, что под прикрытием ездили на Филиппины и за неделю просадили 14 тысяч долларов в борделях с несовершеннолетними проститутками. Когда в тексте появляются выдержки из официальных рапортов типа «подозреваемый высказал предположение, что неплохо бы съездить в стрип-клуб и расспросить местных танцовщиц», не знаешь даже, смеяться ли, настолько полоумной галиматьей все это звучит. Статья написана совершенно серьезно и, вероятно, с обличительным пафосом в адрес зарвавшейся государственной машины (не только американской – не сложно заметить, что ровно по описанной схеме было выдумано недавнее нашумевшее российское дело с подростками-революционерами), но обличения в голове не оседают, оседает лишь ощущение совершенной нереальности реальности.

 

 А. С.

 

Фото: Pitchfork (Savanna Ruedy), mitski.bandcamp.com, Timebandits Films, Channel 4, Dark Horse Comics, Motion Twin, The Intercept (Cun Shi)

Поделиться
Комментарии
Показать комментарии (0)
    Отправить
      Сейчас на главной
      Показать еще   ↓