Дружите с нами
в социальных сетях:

Мэттью Макконахи ждет вас в свои объятия (и еще 4 развлечения в выходные)

Что читать, смотреть и слушать в эти прекрасные выходные.

 

 

Фильм «Мад»

Режиссер Джефф Николс
 

Два пацана поднимаются ни свет не заря, чтобы в обход родительских запретов отправиться вплавь по реке и посетить интересный остров, где их поджидает не пойми как угодившая на дерево лодка. В лодке на самом виду лежат хлеб и консервы, которые приводят любопытных мальчишек к Маду – человеку с крестами на подошвах, сигаретой в зубах и романтической тайной за спиной.

 

Каннский любимчик Джефф Николс стал им неспроста: перед тем как подневольно снять драму о трудностях межрасового брака и связаться с брятьями Уорнер, чтобы выпустить ночную фантастику «Специальный полуночный выпуск», сделал три фильма, где тихо пел песни американскому Югу и выступал режиссером мечты для любителей книжек о Томе Сойере. «Мад» – третий по счету и, вероятно, наиболее магический из фильмов Джеффа: два мальчугана на пороге юности знакомятся с тем, что такое любовь, пока фоном идут семейные разлады, огнестрельная пальба и другие опасности миссиссипской глухомани. Мэттью Макконахи в роли влюбленного преступника в бегах выжимает максимум: в то, что на творческом пути актера встретится более чуткий к его способностям постановщик, верится с большим трудом.

 

Волшебством же самого Николса не впервой оказывается способность удерживать у экранов людей со сжатыми кулачками, притом что в трагичные финалы по ходу его фильмов не веришь ну совсем. Возрождая приключенческий дух по всем правилам гуманизма, арканзасский постановщик ни разу не становится приторным или банальным, хотя территория это настолько непростая, что подобного кино так с наскока и не вспомнить. А.Св.

 

 

 

Сериал «The OA»

 

Режиссёр Зал Батманглидж лично поставил все восемь серий первого сезона The OA и совместно с исполнительницей главной роли Брит Марлинг написал сценарии к большей части из них. По состоянию на 2017 год на американском телевидении такая степень художественного контроля всё ещё остается исключительным случаем, а не самым эффективным и общепринятым методом. В своем сериале Батманглидж и Марлинг рассказывают не соцветие и не цикл историй со множеством ответвлений, а именно что одну сфокусированную историю, с непривычной легкостью выполняющую основную задачу сторителлинга: во время просмотра она кажется единственной важной во всей вселенной.

 

Пропавшая без вести семь лет назад Прейри Джонсон неожиданно возвращается домой. За годы, проведенные вроде как в неволе, она непостижимым образом прозрела, но что именно с ней произошло, девушка не рассказывает даже собственным родителям. Вместо этого она собирает местных школьников на чердаке заброшенного дома, где начинает основательно излагать историю своей жизни с элементами научной фантастики, мистики и современного танца, с участием российских олигархов и сумасшедших учёных и множеством совершенно неправдоподобных поворотов. Прейри, как и играющая её Брит Марлинг, обладает манерами и харизмой натурального лидера религиозного культа, способного в долю секунды даже раздраженных скептиков перевести в состояние глубинной эмпатии. Вопреки всем законам физики к концу сезона оказывается, что даже в самых безнадежных ситуациях обязательно побеждают вера и искренность, да еще и с таким размахом, с каким они, кажется, давно не побеждали. Н.Л.

 

 

 

 



 

 

Альбом «Dedicated To Bobby Jameson»  

Ariel Pink

 

Людям, недооценивающим значение гуманитарных знаний, часто кажется, что ну чего там писать про музыку. Вот звучит песня, все в ней слышно без объяснений. Мелодии, инструменты, голоса – все отчетливо и не содержит какого-либо двойного дна. Можно описывать переживания слушателя, только ведь у каждого они свои будут. Тексты песен – ну их, прямо скажем, в поп-музыке редко когда стоит разбирать. История группы, даже история жанра – необязательная банальность, ничего к музыке не добавляющая и важная лишь фанатам, которым важны и плевки артистов, и запах их гримерки и многое другое, совершенно очевидно не имеющее к музыке отношения. Любой текст про музыку таким людям кажется бессмысленным автоматическим письмом, легко заменимым просто включенным мп3-файлом. В наказание таким людям на свете существует Ариэль Пинк.

 

Как звучит его новый альбом «Dedicated to Bobby Jameson», если пытаться механически описать то, что играет в колонках? Ну, это 45 минут песен. В песнях есть мелодии, обычные инструменты – гитары, синтезаторы, барабаны, иногда струнные, есть и вокал, этим вокалом поются какие-то слова. Каково настроение альбома? Тут метод факсимиле с реальности дает сбой: не только нельзя сказать, чтобы у всего альбома был какой-то общий эмоциональный посыл, приглядевшись, однозначный характер испаряется даже из песен, вроде бы казавшихся вполне одномерными. Нежная и мечтательная «Feels Like Heaven» записана так, будто бы ей лет 25, а текст не сообщает более-менее ничего. Усталая «Another Weekend» рассказывает о еще одих прожитых впустую выходных так, будто выходные эти были году в 1973-м, а человек, их оплакивающий, недавно умер от старости. И это хорошие случаи – половина песен на альбоме звучит как странное дуракаваляние, преследующее совершенно непонятные цели.

 

Таких альбомов Пинк записал за последние пятнадцать лет – гору, они уже вполне выстроились в иконостас, где «Dedicated to Bobby Jameson» не самый лучший (таким является «Before Today»), не самый доходчивый («pom pom»), не даже самый странный («The Doldrums»). Музыка Пинка постепенно обрастала культом среди меломанов в нулевых, а в начале нынешнего десятилетия прорвалась в большой инди-рок: сейчас Пинк имеет вполне мейнстримную прессу, скандалит с Мадонной и ездит в долгие туры. Какое-то время его пытались приплести к волне стилизаторов под звук 80-х, но, хотя его песни и содержат в большом количестве плоские визгливые синтезаторы, остальные элементы ломают весь ретро-эффект. Вообще, сложно сказать точно, что конкретно в музыке прошлого его привлекает. Например, ясно, что Пинку нравится белый соул 70-х, на каждом его альбоме есть парочка ностальгических сладких номеров в этом жанре (тут это грандиозная «Death Patrol»). Однако в 70-х белый соул был просто самым популярным поп-форматом и даже специалисту сложно будет сказать, что ближе к, допустим, «Can’t Hear My Eyes» – Дэвид Боуи образца «Station to Station» или молодая группа «Сябры».

 

Ключ и к этому альбому и всем остальным альбомам Пинка в том, что он не стилизатор, а странный и диковинный поп-сочинитель формата покойного Принса: он не видит разницы между комическим и космическим, живет в нескольких эпохах сразу (что, в сущности, может быть логичнее для 40-летнего человека в 2017-м году, как считать музыку конца 70-х, то есть своего детства, современной себе?), и стыкует приемы не в соответствии с устоявшимися о них представлениями, а по сложной эмоциональной логике. Угадывание вслед за Пинком ассоциаций, которые тянет за собой отдельный мелодический ход, строй синтезатора или звук гитары таким образом превращается в важнейшую часть удовольствия от его музыки. Чем больше вы знаете о музыке, которой Пинк живет, тем ярче становится мир его песен: энциклопедически наслушанный человек, он тащит к себе все, что только можно. Чем активнее сопротивляетесь размышлениям, воспоминаниям и фантазиям, тем бессмысленнее оказываются звуки из колонок. Можно сказать, что второй сингл с альбома, песня «Time To Live» «звучит странно», можно полюбоваться неожиданным сближением группы «НИИ Косметики» (в свое время переоткрытой Пинком для русскоязычных меломанов) и синхронных ей скандинавских блэк-металистов, а можно вспомнить, что ровно так звучали в душной полудреме плацкарта любые рок-песни, которые слышал в детстве в поездах. А.С.

 
 

 

 

 

 

 

 

 

 

Комикс «My Favorite Thing is Monsters»

 

Наверное, в этом году не было другого комикса кроме «My Favorite Thing is Monsters», который в западной прессе так часто и без оговорок называли лучшим комиксом этого года, несмотря на то, что вышел он в феврале. К тому же, «My Favorite Thing is Monsters» выглядит примерно как никакой другой комикс – целиком нарисован будто бы шариковой ручкой на разлинованных страницах тетради, которые похожи на чей-то дневник. Стоит ли говорить, что все это занимает практически целых 400 страниц, что довольно нетипично для большинства современных графических романов.

 

Главная героиня комикса – 10-летняя девочка, которая живет в Чикаго 60-х годов, фантазирует о монстрах и заодно рисует их в своем дневнике. Для нее подобное увлечение не просто так, а взгляд на мир вокруг, с помощью которого она разделяет всех людей на «хороших» и «плохих» монстров, будь то родители с друзьями или проститутки и наркодилеры с района. Сама себя она тоже видит как монстра и однажды решается разобраться в смерти соседки сверху, пережившей Холокост, жизнь которой в нацистской Германии переплетается с жизнью девочки в чикагских трущобах.

 

Автор комикса Эмиль Феррис, 40-летняя мать-одиночка, делала «My Favorite Thing is Monsters» на протяжении шести лет, учась заново рисовать после того, как укус москита парализовал половину ее тела. Болью и страданиями, собственно, здесь несет от каждой страницы, пока читатель наблюдает за внутренним и внешним миром девчонки, который переполнен мрачными фантазиями, сложной историей семьи, классовой и расовой борьбой, насилием и всякими другими напряженными вещами. Короче, если в этом году вообще решите прочитать комикс, но захотите прочитать всего один, то пусть это будет «My Favorite Thing is Monsters». К.М.

 

 

 

 Игра «To The Moon»

 

Помните фильм «Вечное сияние чистого разума», где люди за деньги могли стереть из своей памяти любое воспоминание? И помните фильм «Начало», где команда воров могла проникать в человеческие сны и должна была поместить идею в голову какому-то бизнесмену? Так вот «To the Moon» совмещает в себе примерно оба этих фильма в одной игре. Команда из двух ученых, умной девушки и саркастичного мужика, занимаются тем, что создают ненастоящие воспоминания для людей, которые хотели что-то сделать в жизни, но не смогли. Однажды они приезжают в поместье к какому-то деду, который осталось жить уже буквально пару дней, чтобы в его же голове выполнить его самое сокровенное желание – отправиться на Луну. Правда, проблема в том, что никто не знает, почему он этого хочет, да и сам он уже не помнит, поэтому ученым придется пройти сквозь его воспоминания всей жизни вплоть до самого детства, чтобы понять, что к чему.

 

«To the Moon» сделана на допотопном движке RPG Maker, на которой обычно делают очень плохие любительские аниме-RPG, но эта игра сильно выбивается на их фоне. В основном потому, что разработчики отвергли все типичные аспекты таких игр – это просто хорошая приключенческая игра, где чаще всего вам придется бродить по локациям, собирать предметы и читать очень много диалогов. Все остальные элементы подобных RPG здесь сильно на фоне: пазлы и квесты есть, но очень условные, застрять почти не получится, а над пошаговыми боями здесь разве что один раз издеваются, заставляя вас якобы драться с белкой, но потом забывают об этом. Главное тут, конечно же, история, которая вместе с графикой и музыкой дают практически седативный эффект. «To the Moon» – это игра про воспоминания в прямом и переносном смысле, но еще и о несбывшихся мечтах и надеждах, которым, в общем-то, никогда не поздно сбыться. К.М.

 

Фото: kinopoisk.ru, pinerest.com

Поделиться
КОММЕНТАРИИ
Показать комментарии (8)
    Отправить
      Сейчас на главной
      Показать еще   ↓