Дружите с нами
в социальных сетях:

Обольщение школьниц и еще 5 занятий на выходные

Что читать, смотреть и слушать в эти холодные выходные.

 



 

 

Альбом «El Gato: The Human Glacier»  

Gucci Mane

 

В мае 2016 года рэпер Гуччи Мейн вышел из тюрьмы буквально новым человеком: несколько лет назад над толстым и шизофреническим Гуччи-наркоманом было принято потешаться; сбросивший 30 кило улыбчивый Гуччи-спортсмен предстал миру живым классиком, спеть с которым за честь счёл сам Канье Уэст (в их совместном треке Гуччи объясняет неожиданный дуэт так: «Я позвал Канье только потому, что мы оба е**ные нарциссы»). В то же время, пришедшие на смену путаным фристайлам, прочитанным с онемевшим от лина языком, выверенные тексты, звучащие как никогда чётко, далеко не всем фанатам оказались по вкусу – в интернете набрал популярность мем, в котором нового Гуччи называли клоном Гуччи настоящего. Рэп нового Гуччи, бегущего карьерный круг почёта, и вправду растерял значительную часть былой уникальности и обаяния, притом что в его двух самых успешных синглах с момента освобождения («Both» при участии Дрейка и совместный с Migos «I Get the Bag») его собственный голос звучит меньшую часть хронометража (проходное гостевое участие Гуччи на мегахите «Black Beatles» и вовсе можно записать в изъяны песни). В конце декабря состоялся релиз пластинки «El Gato: The Human Glacier» – уже шестого полноценного альбома рэпера с момента освобождения из тюрьмы – и первого, в котором он звучит по-настоящему уверенно и энергично.

 

Шесть альбомов за полтора года могут показаться нездоровым уровнем продуктивности, но надо понимать, что Гуччи Мейн всегда придерживался идеологии выпускать на суд фанатов вообще все записанные треки, в отличие, скажем, от своего ученика Янг Тага, в чьей копилке набрались буквально сотни опубликованных отрывков из так и не вышедших песен. Даже за три года, проведённых за решёткой, Гуччи удалось выпустить ни много ни мало 31 полноценный релиз с архивными треками, записанными во время золотого периода 2012-2013 года, последовавшего за разрывом с мажорным лейблом: тогда Гуччи буквально жил в студии, пил литрами лин и выдавал по восемь фристайлов в день. Так и новый альбом с человеком-ледником на обложке (лёд – это, разумеется, метафора бриллиантов) был записан всего за два дня, с единственным битмейкером Southside на всех треках и без единого фита (в отличие от тяжеловесного осеннего альбома «Mr. Davis» с кучей пафосных и вгоняющих в сон гостевых появлений больших звёзд). Тем удивительнее, что получасовой треклист «El Gato» звучит настолько живо и разнообразно и исключительным по меркам Гуччи образом обходится без филлера.

 

Нельзя сказать, что на новом альбоме Гуччи прямо-таки возвращает свой обогнавший время ленивый бормочущий флоу; он скорее берёт лучшее от двух миров: совмещает расплавленную мелодичность 2013 года и приобретённую с потерей веса отчётливость 2016-го. Хуки-колыбельные, спетые в нос и с хрипотцой, цепляют и не отпускают, а энергия читки в лучшие моменты диска («Dickriders») приближается к тому сатанинскому драйву, с которым рэпер читал вообще свои самые крутые строчки за всю дискографию (например, божественный второй куплет «Swole Pocket Shawty»). С другой стороны, противоречивая песня об ужасе и прелести наркотиков «Rich Ass Junkie» вряд ли сравнится по силе с пережитым в прямом эфире нервном срыве в великой «Hell Yes», но если учитывать, что самый концентрированный и слушабельный релиз Гуччи Мейна за многие годы (если не за всю карьеру) – это чудо само по себе, то ожидать чуда в чуде – это было бы как-то слишком.

 

Н. Л.

 
 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фильм «Я люблю тебя, папочка»

Режиссер Луи Си Кей

 

Пару недель назад в минский прокат вышла чувственная драма «Call Me by Your Name» (в конце января прокат продолжится), рассказывающая о романтических отношениях между 17-летним подростком и 24-летним коллегой его отца и подозрительно лишённая сюжетного конфликта, связанного с разницей в возрасте героев. Единогласные овации этой красивой истории, происходящей в 80-е, удивительным образом совпали по времени с единогласным и категорическим общественным порицанием подкатов к тинейджерам 20-с-чем-то-летнего Кевина Спейси в те же 80-е (стоит отметить, что по сюжету фильма «Call Me by Your Name» старший герой первым идёт на физический контакт). Ключевое здесь слово – «категорический», ведь, несмотря на плодящиеся с каждым днём новые и якобы однозначные правила морали, сексуальные отношения остаются тонкой материей, не укладывающейся в чёрно-белые категории. Именно этому состоянию растерянности перед противоречащими друг другу моральными принципами и посвящена новая комедия стендапера Луи Си Кея, рассказывающая о переживаниях отца, который оказался в неловкой ситуации, когда его 17-летняя дочь стала проводить слишком много времени наедине со знаменитым режиссёром пожилого возраста. Си Кей, как бы безумно это не звучало для 2018 года, и не рьяно осуждает, и не благословляет эти отношения, а в течение фильма разве что нервно ухмыляется и в растерянности пожимает плечами.

 

В своём стендапе и автобиографическом ситкоме Луи Си Кей говорил о том, о чём другие постеснялись бы, сделав основным своим комедийным приёмом бескомпромиссную откровенность – будь то серия, посвящённая свободе мастурбации, или монолог о том, насколько абсурдна самоцензура слова «nigger» белыми людьми. В фильме «Я люблю тебя, папочка» он идёт ещё дальше и впервые в своём творчестве изображает не просто рядового американского папашу, а соответствующего собственному социальному классу богача, до смешного зашоренного и чванливого и полностью провалившего воспитание своей дочери. По злой иронии судьбы, релиз картины в кинотеатрах был отменён из-за обвинений в сексуальных домогательствах самого Си Кея – и здесь реальность ситуации, как и положено реальности, тоже довольно серая: все женщины-жертвы в свое время сами соглашались смотреть, как комик мастурбирует. Карьера одного из самых успешных стендап-исполнителей всех времён вполне может и не оправиться после такого удара, но одному можно однозначно порадоваться: последний большой комик, работающий без цензуры, напоследок снял действительно смешную комедию.

 

Н. Л.

 

 

 

Сериал «Detectorists»

 

BBC-шное драмеди «Detectorists» совсем не похоже на типичную английскую комедию, злую и эксцентричную, а скорее напоминает сандэнсовское инди: начиная от нежного фолка в саундтреке и красивых пасторалей Эссекса вплоть до изящного сочетания глупых шуток и по-своему трогательных героев. Актёр, режиссёр и сценарист Маккензи Крук не только даёт себе и своему экранному товарищу Тоби Джонсу, кажется, первые в карьерах обоих характерных актёров романтические роли, но и успевает всерьёз поразмышлять о том, как вообще выглядит мужественность в 21-м веке. Герой Крука в свои 40 не спешит взрослеть и проводит дни с металлодетектором наперевес, будучи неспособным без помощи заботливой и сильной молодой жены (и пинков строгой тёщи) ни найти работу, ни купить дом. В это же время герой Джонса переживает драматическую арку, связанную с собственным страхом воды и намечающемся свидании с девушкой, живущей на барже. В решающие моменты героям-слакерам приходится делать волевые шаги на пути к самореализации, которые, разумеется, сопровождаются чередой неловких ситуаций и болезненных фейлов.

 

Месяц назад сериал «Detectorists» красиво завершился на высокой ноте своего третьего сезона. Как обычно и бывает с действительно душевными вещами, зрителям ничего не оставалось, как до последних мгновений последней серии сжимать кулачки в надежде на то, что персонажи всё-таки найдут своё желанное сокровище – даже если все и так понимают, что оно всё это время находилось совсем рядом.

 

 Н. Л.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Комикс «Everyone's a Aliebn When Ur a Aliebn Too»

 

У небольшого и простодушного инопланетянина важная миссия его в одиночку отправляют на Землю, чтобы он потихоньку исследовал людей и их повадки. Правда, у простодушного инопланетянина почти нет никакого научного интереса, но зато со временем появляется интерес, кхм, чисто человеческий он узнает, что такое чувства, дружба и любовь, но также начинает думать о смерти и смысле жизни, что совсем не радует его инопланетное начальство. Общается он при этом не столько с людьми, сколько с животными, деревьями, гусеницами и прочей живностью, которая внезапно может с ним разговаривать.

 

«Everyone’s a Aliebn When Ur a Aliebn Too» работа Джонни Сана, он же Джомни Сан, который известен своим одноименным странным твиттером, где он пишет якобы от лица инопланетянина, изучающего Землю и поведение людей. Книга по сути состоит из всех этих твитов, связанных в одну историю с картинками. Инопланетянин Джомни разговаривает с ошибками, очень наивно ко всему относится, часто чувствует себя одиноким и вообще пытается понять, что к чему и зачем вообще люди (или животные, в данном случае) живут так, как они живут. То есть он будто бы ребенок, но наблюдения у него местами бывают совсем не детскими, а юмор так и вообще местами немного черный.


Комикс «Everyone’s a Aliebn When Ur a Aliebn Too» это буквально детская книжка с картинками, но как и любые хорошие книжки для детей, читать их можно в любом возрасте. Самым ближайшим сравнением может быть «Щедрое дерево» Шела Сильверстайна: тоже довольно грустно, тоже просто нарисовано, тоже мало текста, но только с шутками про это самое дерево и с более очевидным положительным посланием. Весь комикс можно характеризовать буквально одной страницей, где улитка говорит Джомни, что жизнь фигня, мы все умрем, но я уже купил надувной аттракцион, ты будешь снимать обувь или нет?

 

К. М. 

 

  

 

 

 

 

 

 

 

 

Игра «Doki Doki Literature Club!»

 

Ничем не примечательный душный школьник, каких в Японии штампуют, что ли, под давлением своей шебутной соседки записывается в школьный поэтический кружок. С одной стороны, там надо писать и потом читать стихи, что школьнику, после манги-то, дается с трудом, с другой – кроме него и соседки в кружке только три девочки, одна другой лучше.

 

Вышедшая в начале осени визуальная новелла «Doki Doki Literature Club!» несколько месяцев вместо рецензий в прессе получала хвалебные эссе-рассуждения о том, что вот если бы не опасность полностью испортить вам удовольствие любыми деталями сюжета, то насчет игры можно было бы ого-го, что рассказать. К новому году игра стала полноценным интернетом-мемом, и теперь рассказать, что, чуть завязавшись, ваш роман с кем-то из девочек быстро приведет к самоубийствам, удалению сохранений и нарочитому стиранию из уже пройденной истории героинь – теперь все это, в общем, проходит по части ликбеза, а не спойлера. Лишенная загадки игра своих сильных сторон не теряет: это довольно забавный и сразу мрачный (стихи писать помогает мини-игра, в которой нужно выбирать слова из списка и замечать, что одна девочка радуется «плюшечкам», а другая – «отвращению») псевдосимулятор свиданий, который топорно, но вполне убедительно выворачивает наизнанку законы жанра и принуждает по-другому посмотреть не столько на персонажей (все равно картонных, как ни изгаляйся с устройством повествования), сколько на собственное желание во что бы то ни стало добиться любви нарисованной с тремя выражениями лица и затянутой в какой-то порно-корсет аниме-девочки.

 

А. С.

 

 

 

Статья о том, что и мамы врут

 

Писатель Дэниэл Уоллес, автор книжки, по которой 15 лет назад Тим Бертон поставил фильм «Большая рыба» , провел всю жизнь в уверенности, что его мать еще до брака с его отцом умудрилась выскочить замуж. Он знал и вполне детальную историю: когда маме было 12 лет, она в жаркие летние дни ходила в общественный бассейн, там она познакомилась с 18-летним парнем, с которым они, немного посидев в машине, решили, что единственный законный способ для них заняться сексом – это прямо сейчас поехать в загс и расписаться. Так они и сделали, а к концу лета развелись. Уже после смерти матери Уоллеса черт дернул проверить, что же из этого было правдой.

 

Его небольшое, но интенсивное эссе пересказывает короткое расследование, которое он провернул при помощи двух пенсионерок и архивиста-любителя не для сенсационных открытий: вообще говоря, все выходит наоборот, и, спойлер, в нашей реальности его мать оказывается 15-летней, а ее жених просто был старшеклассник в той же школе – для середины XX-го века это молодая, но ничем не примечательная пара. Скорее его интересует неразрешимая загадка человеческой фантазии: что заставило его мать переврать собственную жизнь в такую странную сторону? Ответа на этот вопрос получить невозможно, но Уоллес честно прикрепляет фотографии матери в юности, судебное постановление о разводе, где она что-то ненатуральное бубнит про «расписались не подумав», и рассказывает несколько эпизодов из поздних лет, по которым каждый может сам выстроить такой пунктир, который свяжет конец с началом и сделает эту историю логичной. Сам Уоллес заканчивает тем, что художественные книги в сто раз понятнее жизни, и тут с ним не поспоришь.

 

 А. С.

 

Фото: Billboard (Jonathan Mannion), Guwop Enterprises/Atlantic, Pig Newton, Inc./Jax Media, BBC Four, Team Salvato, bittersoutherner.com

Поделиться
Комментарии
Показать комментарии (2)
    Отправить
      Сейчас на главной
      Показать еще   ↓