Дружите с нами
в социальных сетях:

Хочется окунуться: самая тусовочная ночь весны глазами очевидца

Развлечения 13.04.2016 31

Как выглядит город, про который часто говорят «снова некуда пойти», когда в один вечер происходит много классных событий.

В субботу в Минске был аномально тусовочный вечер. Один за другим прошли сразу три интересных и актуальных концерта. В клубе «Брюгге» выступал молодой рэпер Фараон, в баре DIY выступала в меру известная группа «Буерак», а в модном клубе «Верх» выступали не слишком известные, но прикрывавшиеся громкими именами коллег диджеи. Наш специалист по всему модному и молодежному Андрей Пожарицкий решил узнать, что будет, если окунуться в тусовочную жизнь без подготовки. 

 

 

Pharaoh 19:00 Брюгге

 

Возле «Брюгге» выстраивается внушительная очередь, это воодушевляет. Очереди  обычные дело на популярных концертах, но толпа состоит преимущественно из подростков и молодых людей, не перешедших рубикон двадцатилетия. Люди орут, заправляются чем-то из бутылок, выглядят весело. В одной линии друг за другом можно увидеть парней и девушек в идентичных кроссовках, особенно важно и эффектно расхаживает парень в бархатном бомбере. Многие одеты, словно собираются повисеть на стильных турниках за домом. Мы с другом Егором, который вообще-то предпочитает таким концертам более традиционные вечеринки, не особо хотим стоять в очереди, поэтому отправляемся в магазин купить сигарет, пока всех не запустят внутрь.

 

Перед выходом артиста в клубе грохочет Мэрилин Мэнсон. Сэт самого Pharaoh издалека можно принять за какой-нибудь хардкор-концерт. В клубе стоит металлический рев, положенный ритмически на более сдержанную бит-основу, слов разобрать невозможно, но поклонники стройно орут все тексты, потому что помнят их наизусть.

 

 

 

 

 

 

В итоге мы получаем только шутку «минет за сигарету», понятия не имею, о чем это

 

 

 

Середина зала традиционно ходит ходуном, прыгая, устраивая слэм. Каждые минут десять сквозь толпу продираются испуганные подростки с жалостливыми глазами, которые пытаются кричать на ухо: «Я уронил телефон, не видели?» Пару минут я держу поднятую из-под ног кепку, сначала думаю забрать ее себе в качестве трофея, потом решаю, что лучше отдать на бар. Но понимая, что если я буду прорываться к бару, то никогда не вернусь обратно, бросаю ее на пол и прыгаю дальше.

 

 

Что интересно, два года назад в этом же клубе был концерт группы Sonic Death, находившейся в то время на пике творческой силы и только что выпустившей великий альбом «Home Punk». Их лидер Арсений Морозов создавал свой творческий образ из примерно той же эстетики громких рок-групп с длинными волосами, что и Pharaoh. Более того, мерч обоих артистов практически идентичен. На байке Dead Dynasty, продававшейся на концерте, красуется надпись с готическим шрифтом Rock Is Dead и лицом белобрысого Глеба. Нетрудно спутать с блондином Морозовым. Но Sonic Death тогда собрали дай бог одну пятую людей, которые пришли на Фараона. На разогреве у них были Super Besse. К Pharaoh на одну песню на сцену вышел Олег ЛСП. Весь концерт Олег по-царски находился на балкончике позади сцены, подтверждая свой статус главного минского музыкального селебрити, а его постоянный битмейкер Рома Англиначин то и дело совершал заходы в мошинг резвых и почему-то по пояс голых подростков, которые постоянно делали пустой круг в толпе и больше всего походили на молодых дружинников, которые должны не сохранять порядок, а устраивать дестрой.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

На курилке, куда молодые люди вываливаются, чтобы отдышаться и набраться сил, можно услышать обыкновенный треп, одинаковый на любых тусовках: сплетни, смех, проблемы, особенности общения с противоположным полом. К нам подходит девочка Даша (лет 16 на вид, но 19-летняя  по ее словам) и одновременно говорит неизвестно о чем «прикольно», просит сигаретку и трогает Егора за бороду. Пока Даша пытается добавить моего друга «Вконтакте», попутно чем-то обмениваясь в телефонах с другой девушкой, ничем принципиально от нее не отличающейся, я узнаю подробности их вечера.

 

 

Они, компания вроде бы незнакомых до этого концерта людей, собираются после двигать на «Буерак». Я говорю, что тоже прямо сейчас отправляюсь туда, ловко вворачивая, что хожу тут по работе (на что они не обращают ни малейшего внимания, классическое «нет авторитетов»). Парень, который до этого уравновешенно слушал своих друзей, вдруг на ухо мне орет: «Ты можешь вспомнить другой выходной, когда было два о...х концерта в один день?!»

 

Следом я узнаю, что техно-вечеринка в «Верх», куда я тоже держу путь, «для говнарей», и они туда не пойдут, а лучше пойдут тусоваться с нормальными ребятами (предпочитают подростки сейчас слово «флэт», «вписка» или другой новый синоним, мне не удалось, к сожалению, узнать). Я пытаюсь спросить, почему (игнорирование), срочно прошу друга, получившего больше внимания от Даши, узнать ответ (тоже бесполезно). В итоге мы получаем только шутку «минет за сигарету» (понятия не имею, о чем это), какие-то шутливые издевательства, что я, по их мнению, должен «тусоваться в центрике и в Макдональдсе» (снова много смеха и целый десятисекундный стэндап на тему того, что «Центральный» –  не прикольное место).

 

 

 

 

Аудитория Фараона плотно сидела на всем спортивном, а на «Буераке» были уравновешенные масс-маркет-вещи, девушки в пальто и более серьезной обуви, словно с самых модных лукбуков 2011 года

 

 

 

 

Буерак 21:55

 

На минут 10 перед «Буераком» мы пересекаемся с нашей 19-летней фотографом Полиной, которую я должен провести в бар DIY. Полина рассказывает, что на концерте Фараона какую-то девочку забрали на скорой, потому что она вроде бы повредила шею. Когда она говорит, что с недавнего времени любят тяжелую музыку и всякую электронщину, пытаюсь объяснять ей мою самодельную теорию о связи и преемственности между Фараоном и эмтиви-ню-металом нулевых. Пока говорю, вслух задумываюсь– может быть, Полина слишком молода, чтобы помнить всю эту волну, но в итоге получаю холодный ответ: «Я знаю, кто такие Evanescence».

 

 

В бар DIY мы не заходим. Заполняемость места превышает критическую отметку, больше людей туда не впускают. Полина отправляется фотографировать людей у входа, а я закуриваю в сторонке. В отличие от безумства на концерте Фараона, где на курилку вываливались переполненные адреналином, взмокшие и вспотевшие шумные подростки, тут либо скромно курят мои ровесники, либо тоже подростки, только не вспотевшие. Разница была и во внешнем виде двух курилок. Аудитория Фараона плотно сидела на всем спортивном, а на «Буераке» были уравновешенные масс-маркет-вещи, девушки в пальто и более серьезной обуви, словно с самых модных лукбуков 2011 года. Я замечаю несколько знакомых и знакомых знакомых, которых я помню по концертам «Петли Пристрастия» (концерты, которые десять лет назад ничем принципиально не отличались от сегодняшнего Фараона). 

 

Мы отправляемся дальше, и, удаляясь от бара DIY, я вижу некоторых своих «знакомых» с Фары, которые, видимо, дождались «Black Siemens», и сейчас в новом перемешанном составе шли по направлению к переполненному клубу.

 

 

 

 

 

 

 

 

 
 

22:07

 

Чтобы занять время до третьей остановки, мы проходим по достопримечательному маршруту из материала Кирилла, но оседаем на часа два в Svobody, 4. Дело в том, что в детстве я очень любил фильм «200 сигарет» и знаю, что приходить на вечеринки вовремя – тупо. Несмотря на ходившие неделю слухи, что «ДК» откроется именно в эту субботу по новому адресу, этого так и не произошло, так что мы просто сидим в баре.

 

Остается лишь один вариант – проверить гик-бар «Подвал». Это место открылось не так давно, и я с большим энтузиазмом наблюдал в их паблике по-странному увлекательный набор мероприятий – от geek-quiz-вечеров (викторина с вопросами на гик-тематику) до совершенно невероятных и на бумаге выглядящих очень привлекательно «Турниров по покемонам». Среди тусовок там было замечена вечеринка с самой актуальной рэп- и аренби-музыкой (где еще такое есть в Минске?) от объединения «Тусовка». Проверив очень неряшливый паблик, я узнаю, что днем в «Подвале» был ps4-турнир по Mortal Kombat (ух!). В самом баре на Комсомольской, который буквально представляет собой подвал, никакой специальной для субботы вечеринки нет, людей мало, играет сомнительный радио-EDM. Больше всего похоже на скучную копию самого колоритного спального ночного клуба Минска «Шоколад» на Партизанском проспекте.

 

 

 

 

 

 

 

Последние полчаса самых тусовочных выходных я ем, пью чай и читаю в телефоне рекапы сериалов

 

 

 

 

 

Верх 2:04

 

На вечеринку Perlon Nacht мы с Егором приходим через три часа после начала и ожидаем увидеть там молодых людей, отлично проводящих время. В отличие от предыдущих мест, тут есть и взрослые люди, одетые не по-пошлому дорого. Но как только утихает впечатление от хорошо выглядящего огромного пространства и ярких стробоскопов, замечаю, что людей немного, особенно учитывая истории про большие очереди у входа несколькими неделями ранее. Довольно скромная толпа у сцены с диджеем выглядит утомленной и сбитой с толку. Если убрать весь антураж, то можно решить, что это школьная дискотека, где все стеснительно переминаются с ноги на ногу. Как и я.

 

 

Я встречаю однокурсника, с которым отходим поболтать к бару. К нам подходит его пьяный приятель и почему-то намекает, что от меня пахнет травой. Пытаюсь попрыгать в одной стороне зала, где образовалась не самая увлекательная толпа из взрослых обособленных чуваков, потом непринужденно перепрыгиваю в другую часть зала, где больше стробоскопов и света, где, как казалось, более молодая и веселая часть тусовки, но и там у меня решительно ничего не получается. Тогда я иду в бар, беру минералку для храбрости и пробую прыгать уже с бутылкой в руке. Тут снова приходит фотограф Полина, я начинаю переживать, что попаду на фотографии, и ухожу подальше от танцпола.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Всю неделю я рассказывал друзьям, куда меня отправляет редакция, и надеялся, что соберется хотя бы минимальное количество людей для вечеринки. Оказалось, что ни для кого не была особо захватывающей формулировка «главные тусовочные выходные весны». В лучшем случае моим друзьям просто было не интересно. Хуже всего было рассказывать про ужасно популярные в поп-культуре вещи людям, которые вообще в первый раз об этом слышат. Мне 25, я и мои сверстники не выросли с интернетом в той степени, как нынешние 16-летние, но ведь интернет есть у нас сейчас почему людям до него нет дела?

 

Отправляясь на материал, я рассчитывал путем полевого испытания узнать, что сейчас значит «тусоваться» и зачем люди ходят в клубы. Но в «Верхе» я просто не понял, в чем смысл чувствовать себя зажатым и скованным в красивом антураже. Чем общение с друзьями на модной вечеринке принципиально отличается от общения с друзьями в любое другое время и любом другом месте? Может, на техно-вечеринки без наркотиков и приходить нет смысла? Однако Егор, который любит выделывать на танцполе какие-то нелепые космические штуки, несомненно выдавал очередной свой бенефис и наслаждался происходящим. Может быть, поп-культура, мода и насыщенность ночной жизни города вообще ни при чем, и меня по-стариковски впечатляют только те формы развлечений, что впечатляли в 16 лет? 

 

После красивого оформленного лофта отдельный бар с едой – второе самое увлекательное впечатление той ночью в «Верхе». Там я съедаю, возможно, самый вкусный фалафель в жизни (ожидая бурю взволнованных экспертных комментариев, скажу, что мне просто вообще ни разу не везло на фалафель, ни в этом городе, ни в других). Последние полчаса самых тусовочных выходных я ем, пью чай и читаю в телефоне рекапы сериалов. «Приходите к нам на вечеринку в следующие выходные», – протягивает мне флаер местный промоутер.

 

 

 

 

 

 

Поделиться
КОММЕНТАРИИ
Показать комментарии (31)
    Отправить
      Сейчас на главной
      Показать еще   ↓