Дружите с нами
в социальных сетях:

Судебные прения и еще 4 развлечения на выходные

Что читать, смотреть и слушать в эти прекрасные летние выходные.

 

 

 

 

 

 

Альбом «Titanic Rising»

Weyes Blood

 

Sub Pop

 

 

 

 

Год еще и до середины не дошел, а главный претендент на звание лучшего альбома в западном меломанском сообществе уже определен. Это четвертый официальный (у девушки, разумеется, есть и обширная самиздатская дискография еще с подросткового возраста) альбом молодой американской певицы Натали Меринг, выступающей под псевдонимом Weyes Blood. Это размашистый, очень доступно красивый сборник меланхоличных баллад о чем-то неуловимо грустном, записанный со множеством ретро-звуков, создающих у слушателя полное ощущение прослушивания какой-то утерянной классики из 70-х. При желании в музыке Меринг можно услышать группу Carpenters, можно – ее интеллигентный вариант Джони Митчелл, можно – европейскую арт-богиню Катрин Рибейро. Альбом одновременно является очевидным пиком карьеры Меринг и замыкает собой развивавшуюся все десятилетие традицию неироничного переосмысления студийного поп-рока 70-х: прочертите в голове линию от «Helplessness Blues» через «I Love You, Honeybear», и она упрется в красивые ноги Меринг. Альбом называется «Titanic Rising», для создания его обложки Меринг самолично собрала идеальную детскую комнату, которой у нее никогда не было, и утопила ту в бассейне. Ну понимаете, тут даже обложка кричит «великий альбом».

 

Увы, вблизи все не так радужно. Добрую половину не особо-то и длинного альбома Меринг просто что-то неинтересное тянет под блестяще стилизованный (тут все выданные в интернете комплименты можно только повторить – альбом феноменально красив) золотой состав Eagles или Fleetwood Mac. В бесконечно длинных «Wild Time» и «Mirror Forever» вообще нет ничего, кроме демонстрации превосходных навыков музыкантов и звукорежиссера. В пятиминутной «Something to Believe» мелодической удачей можно считать разве что пятисекундный крючок при заходе на припев, хуки сингла «Andromeda» Анна Герман оставила бы для проходной пластинки на польском, а за хитом пошла бы к композитору Шаинскому. Единственной полностью удачной балладой можно считать только «Movies», с ее многочастностью и обширными фрагментами, где Меринг ничего не нудит, а творится какая-то мистическая дичь в духе Джулии Хольтер. Ну, а лучше всего вышли песни, самой Меринг явно неблизкие: дурашливая и брызжущая красивыми мелодическими ходами «Everyday» и, собственно, жутко похожая на гиперсентиментальную эстраду Анны Герман «A Lot's Gonna Change».

 

Иначе говоря, моменты, где Меринг пытается достичь точной стилизации и серьезности концепции, оборачиваются мертвящей скукой и полной безыдейностью, а разной степени триумфами оборачиваются песни, где она позволяет музыке вести себя, куда глаза глядят (как будто они много куда могут глядеть, при таком-то составе инструментов – в трэп или гаражный рок «Titanic Rising» не сложится, как ни клей). Забавным образом, еще на предыдущем альбоме Меринг пела, например, такие совершенно в духе Father John Misty остроты как «Пошла смотреть на конец света / Да затупила на весь день в телефон / И как-то совсем не страшно все оказалось», что вкупе с изящной заторможенностью пения и хиппи-инстаграм-стилистикой клипов (Меринг живет в Калифорнии, где у белых людей теперь все и всегда будет «хиппи-стилистикой») создавало эффект глубины, даже если ее там не было, и вызывало в мозгу приятную щекотку.

 

Разгадка, видимо, именно в этой проклятой затопленной комнате. Родители Меринг – перевоспитавшиеся хиппи из самых настоящих 70-х. Ее мать сходила с ума от Джони Митчел, ее отец играл в профессиональных рок-группах и с Джони Митчел какое-то время даже встречался. Однажды он уселся напротив восьмилетней Меринг с электрической гитарой и начал один за другим валить хиты из радио, сопровождая их анекдотами из жизни авторов. Худшая половина «Titanic Rising» – это и есть запечатленное в звуке очумение восьмилетней девочки перед классическим роком и всеми его чудесами. Если представить, что доносящиеся сейчас со всех сторон фанфары убедят Меринг, что она и сама не хуже этой чертовой Джони Митчел, то уже к следующему альбому можно легко от нее ожидать какой-то всамделишной классики.

 

Антон Серенков

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фильм «Lost in London»

Режиссер Вуди Харрельсон

 

 

Woody Harrelson

 

 

Пару недель назад на Netflix состоялась премьера фильма «В погоне за Бонни и Клайдом» – старомодного, консервативного вестерна, в котором Кевин Костнер и Вуди Харрельсон играют техасских рейнджеров предпенсионного возраста, пытающихся поймать… Бонни и Клайда. Звучит скучновато, но, честно говоря, с такими актёрами едва ли вообще есть смысл ждать что-то, кроме скуки, не правда ли? Харрельсон вот в последнем десятилетии, кажется, вообще подзабил на искусство – снимается во второстепенных ролях в проходных («Хан Соло», «Веном») да очень проходных («Иллюзия обмана», «Иллюзия обмана 2») блокбастерах, что с этого дурачка вообще взять? А теперь неожиданный поворот: пока все смотрели в другую сторону, пару лет назад этот самый Харрельсон ловким движением рук дебютировал в режиссуре полнометражного кино с одним из самых смелых, свежих и зрелых кинодебютов в принципе.

 

На поверхностный взгляд циника «Lost in London» выглядит не более, чем примитивный трюк, фальшивка: эта эксцентрическая комедия, представьте себе, была снята не просто одним дублем, но одним дублем, который транслировался в кинотеатрах в прямом эфире, – этот выпендрёж сам по себе чуть ли не гарантирует, что сюжет там окажется или бесполезным капустником или безнадёжной графоманией, правильно? Нет, не правильно. Когда речь идёт о работе состоявшегося художника, смелые ходы и радикальные решения имеют свойство наслаиваться и преумножать совокупный эффект. Вуди Харрельсон – это определённо состоявшийся художник: среди уникальных свойств его дебюта не только съёмка одним дублем в прямом эфире (стоит отметить – съёмка очень эффектная, с множеством локаций, актёров, сценами снов и драк – одной с Оуэном Уилсоном по поводу творчества Уэса Андерсона; второй – с инвалидом на улице на глазах у папарацци), но и то свойство, что это приземлённое автобиографическое повествование, где Харрельсон играет самого себя (по сюжету он переживает реальный кризис из начала нулевых, когда из-за фото в таблоиде в окружении полуголых девушек от него чуть не ушла жена, – едва ли кто-то ещё из голливудских звёзд решился бы выступить в такой уязвимой роли). Ещё удивительнее, что это кино не теряет заданной завязкой энергии и уверенно работает до самого конца: там, где можно было уже сто раз бесповоротно спошлить и всё испортить, Харрельсон снимает красивый финал о любви в самом взрослом смысле этого слова.

 

Никита Лаврецкий

 

 

 
 

 

 

 

 

 

 

Сериал «The OA»

 

 

Netflix

 

Война стримингов в самом разгаре: Дисней пачками анонсирует сериалы по «Звёздным войнам» и «Мстителям», Apple показывает трейлер будущей платформы, снятый с участием вообще всех главных деятелей нынешнего Голливуда, Warner пока только замышляет в тайне свои коварные планы, ну а Netflix просто сидит на высоком троне, выпуская какие-то смехотворные 40 сериалов в месяц. Ещё пару лет назад всё было гораздо проще: стриминг-платформы казались просто новым модным веянием, а о переделе всего Голливуда и всех его главных франшиз никто и думать не смел – Netflix был занят переманиванием к себе любых мало-мальски талантливых авторов (перепало даже мамблкорщику Джо Свонбергу), кто просто хотел бы что-нибудь снять. Возможно, идея о том, что всем нам пора серьёзно ностальгировать по 2016 году, ещё не звучит самоочевидной, но через каких-нибудь пару десятилетий вполне может оказаться, что тот год, когда гей (Зал Батманглидж) и блондинка (Брит Марлинг), двинутые на поп-философии и лирической болтовне, вообще без всяких ограничений снимали безумную, не имеющую аналогов в плане масштаба действия и чистой выдумки гуманитарную фантастику о параллельных вселенных, любви и вере в чудо, – так вот, тот год будет вспоминаться как год, принёсший экранной культуре одно из самых невероятных достижений эпохи.

 

 

 

Во втором сезоне сериала «ОА» Марлинг и Батманглидж прыгают выше головы и улетают в космос. Пересказывать хитросплетения сюжета бесполезно: если вы ему позволите, то он вас схватит и не отпустит до последней минуты; если вы с самого начала настроены цинично, то уже на словах «российские олигархи», «американские школьники» и «магические танцевальные движения» у вас отпадёт всякий интерес к просмотру. Среди бесспорных достоинств рассказа: воображение, оригинальность, непредсказуемость, серьёзность; а смелость финального поворота и, как следствие, заявки на следующий сезон вызывает такое сильное желание включить ещё не вышедший эпизод, какое бывало только в детстве. Это желание, что бы ни думали голливудские продюсеры, никакими дорогими франшизами и раскрученными именами просто так не накликать.

 

Никита Лаврецкий

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Комикс «Сэдбой»

Берлиак

 

КомФедерация

 

 

 

 

«Сэдбой» Берлиака – это что-то вроде серьёзной вехи для русскоязычной индустрии комикса. Впервые действительно важный графический роман на русском выходит раньше, чем на английском, – однако причины этого совсем не тривиальны. Дело в том, что книга «Sadboi» пару лет назад была анонсирована к изданию моднейшей канадской фирмой «Drawn & Quarterly», но издание отменили из-за всплывшего поста 2015 года, в котором проживающий в Европе аргентинец Берлиак в шутку уподоблял своё решение стать мангакой транссексуальному переходу (об этом пустяковом по форме, но не по последствиям скандале мы подробно рассказывали в тексте о предыдущем русском издании автора). Так прекрасно совпало, что сам иносказательно-автобиографический комикс «Сэдбой» лучше всего и комментирует обстоятельства этой карьерной катастрофы.

 

Главный герой – выпускник детдома для беженцев с говорящим именем Сэдбой – много грустит, снова и снова переживая травматические детские воспоминания о попавшем в шторм плоте с беженцами, а также вспоминая красивую воспитательницу из приюта. Однажды Сэдбой набивает под глазом жирную чёрную слезу и решает всерьёз заняться современным искусством – а именно радикальным акционизмом на грани преступлений. Перестать быть вечным аутсайдером в культурном обществе ему, конечно, не удастся: для борцов за права иммигрантов он оказывается слишком злым и неудобным, а для ультраправых протестующих – чересчур успешно ассимилировавшимся в чужую культуру деятелем.

 

Берлиак сознательно стилизует свой рассказ под старую мангу, и, несмотря на то, что в очень редком интервью (буквально до этого русскоязычного видео он оставался полуанонимным автором) он называет любимым мангакой Осаму Тэдзуку, его стиль куда больше напоминает следовавших за Тэдзукой художников гэкиги: здесь можно найти те же непропорционально экспрессивные лица и целые немые страницы с пустыми контрастными пейзажами, что и во всей классической гэкиге. «Сэдбой» – книжка бесспорно очень симпатичная, но нельзя не заметить, что сама история здесь чересчур неловко балансирует между поверхностной подростковой иронией и недоношенной экзистенциальной мелодрамой, чтобы после получаса чтения оставаться в памяти чем-то, кроме неважного пустяка. Зато вот что можно сказать точно: более актуального изображения культурного цайтгайста второй половины десятых годов вы вряд ли где-то ещё найдёте – так своим детям когда-нибудь и передадите.

 

Никита Лаврецкий

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Игра «Ace Attorney: Phoenix Wright Trilogy»

 

 

CAPCOM Co., Ltd.

 

 

Молоденький юрист с растопыренными волосами принимается за работу адвокатом в небольшой частной конторе самым мучительным образом: первым его делом оказывается защита школьного приятеля, которому светит срок за убийство подружки, а вторым – спасение сначала сестры своей начальницы, а затем и самого себя по подозрению в убийстве, что бы вы думали, самой начальницы. Юрист потеет, кряхтит, теряет временами от волнения сознание, но все равно берет себя в руки и раз за разом орет «Возражаю!», «Погодите-ка!» и, когда обнаруживается опровергающая слова обвинителя улика, «Накося выкуси!».

 

Серия игр «Ace Attorney» – вероятно, самый популярный судебный симулятор в истории видеоигр. В отличие от множества аналогов (чтобы далеко не ходить, сравните хотя бы с недавним «We. Revolution»), серия ни секунды не притворялась реалистичной и с самой первой главы первой же игры бросила все силы на создание уморительной и упоительной дурашливой вселенной, где адвокаты сами обшаривают места преступлений, созваниваются с духами умерших коллег, а затем вступают в противоборство с прокурорами, больше похожими на злодеев из фильмов про Джеймса Бонда. В 2019-м серия HD-переизданий багажа классики японского игрового гиганта Capcom дошла и до «Ace Attorney», и вот первые три игры серии наконец-то выходят для компьютеров. Добавлена человечная система сохранения вместо оригинальной живодерской, персонажи дорисованы для больших мониторов, а так это те же самые игры, в которые обладатели японских приставок играли еще в начале нулевых.

 

В отличие от переиздававшегося несколько лет назад таким ж образом первого «Resident Evil», «Ace Attorney» не только не выглядит устаревшей, она именно в таком виде визуальной новеллы пополам с комической пойнт-энд-клик адвенчурой кажется лучшим из возможных форматов детективной компьютерной игры. Карикатурные анимешные персонажи с несколькими утрированными и бесконечно забавными вариантами реакции увлекают гораздо лучше, что фотореалистичные герои «L.A. Noire», а стремительный мультяшный сюжет всегда держит в напряжении, одновременно оставаясь понятным без знания какого-либо внеигрового контекста. Даже в неизбежные для любой игры моменты затупа, когда судья упорно не принимает кажущуюся игроку логичной улику, а показания свидетеля упрямо не поддаются атакам, игру спасает главное оружие: все три первых «Ace Attorney» великолепно написаны. Каждый монолог или диалог разбит на множество ограниченных просто размером окошечка для текста отдельных реплик. Каждая реплика – самодостаточно информативна и афористична. Проще говоря, в любой конкретный момент вы видите на экране либо шутку, либо реплику, сообщающую о новом повороте событий. Оторваться от этого так же невозможно, как невозможно перестать листать ленту в паблике с мемами.

 

В общем, если вы любите детективы или комедийные визуальные новеллы, то это, конечно, десятки часов гарантированного удовольствия.

 

Антон Серенков

 

 

 

 

 

 

Обложка: Netflix

Поделиться
Сейчас на главной
Показать еще   ↓