Дружите с нами
в социальных сетях:

Секс-куклы и еще пять развлечений в выходные

Что почитать, послушать и посмотреть в эти очередные прекрасные и дождливые выходные.

 



 

 

Альбом «Tragic City»  

ЛСП

 

В песне «Что-то Еще», единственной неироничной с его прошлого альбома «Magic City», белорусский рэпер ЛСП ломал голову, что же он такое упускает в мире вокруг себя, что как-то связало бы воедино его жизнь и придало бы ей смысл.  В качестве одного из вариантов проговаривались «игры, музыка, книги, интернет», однако ЛСП сам себе тогда ответил: «Ни…я». Увы, после «Tragic City» – его нового, объективно лучшего в карьере и вообще превосходного во всех возможных касательно рэп-альбома отношениях – становится ясно, что свое мнение он с тех пор не поменял.

 

За пару лет, которые заняло быстрое восхождение к статусу довольно большой звезды, Олег Савченко отточил до совершенства свой сладенький и гаденький одновременно стиль псевдонаивного пения с последующим быстрым переходом к язвительным речитативным выпадам. R’n’B-номера «Лабиринт Отражений», «Конец света» и «Белый танец» работают одинаково хорошо, и если вы чувствуете, что автор немного глумится над самим форматом R’n’B-номеров, и если слышите в них удачное эхо группы «Руки Вверх». Знакомство с другими талантливыми молодыми рэперами (с Pharaoh Савченко ездил в туры и делал совместный альбом, с Оксимироном ругался) сильно расширило его диапазон как собственно рэпера. В музыкальном отношении «Tragic City» гораздо разнообразнее «Magic City», да и просто богаче мелодиями, изгибами аранжировок (на альбоме, например, есть саксофон и гитарное соло – то есть даже Скриптонит побит) и устройством песен.

 

А вот тексты ЛСП, когда-то самого живого, то есть отталкивающегося от жизни и ее нехитрой поэтики, из хоть немного интеллигентных русскоязычных рэперов, уйдя от комиксных сценок ранних альбомов и от стилизации под негритянские трэп-клише «Magic City», уперлись в стену. Все песни «Tragic City» обтекаемо рассказывают о том, как Савченко пробует ногой секс, деньги, веселье и все в таком духе, а потом остается этим недоволен, и не заходит в воду, и просто стоит на бережку, морщит скептично лоб. Рассказывается это все еще изобретательно, но судя по тому культурному мусору, который Савченко тянет в песни для создания неказистых ассоциативных цепочек (Пугачева, присказка «купи слона», Пелевин, группа «Белый Орел», Маяковский, песня «Темная ночь»), книги он читать окончательно перестал и о том, что хип-хоп-клише – это просто клише, уже перестал даже переживать. К сожалению, Марки Козелеки появляются только из самоограничений и долгого упорного вычищения своей поэзии от всего лишнего, а энергичное, хоть и ироничное воспевание «женщин и денег» ведет к чему-то совершенно другому.

 

Другое дело, что если вам хватает просто мелодичного, бойкого хип-хопа, то это прямо альбом года. А.С.

 
 

 

 

 

 

 

 

 

 

Фильм «Белый материал»

Режиссер Клер Дени
 

В неназванной африканской стране неспокойно: правительственные войска пробуют справиться с повстанцами, а все, кто может, включая миротворцев, скоро-наскоро сбегают в края побезопасней. Француженка Мария, получив в управление кофейную плантацию, оказывается среди тех, кому своя земля дороже.

Блестящие «Славные ублюдки», последний из фильмов Клер Дени на момент ее визита в Минск в 2013 году, без особых поблажек проходился по зрительской эмпатии угрюмым болезненным нуаром, а ее новое драмеди «Красивое внутреннее солнце» вот-вот откроет каннскую программу «Двухнедельника режиссеров» но мы расскажем не об этом. Дени, любимица синефилов по всему свету, была слишком долго заворожена африканским континентом и, есть ощущение, восемь лет назад поставила тематическую точку драмой «Белый материал» наиболее тонким и печальным пунктом в своей фильмографии.

Под заунывный пост-рок Tindersticks безжалостно рушится все, что дорого чужим сердцам: голубоглазый сын Марии бреет голову и сходит с ума, предводитель повстанцев в безмолвии истекает кровью в сарае, а местное население, забросив свои жизни, поголовно мигрирует в никуда. При просмотре порой возникает ощущение, что у фильма нет других целей, кроме как выиграть чемпионат мира по тоске, и, строго говоря, «Белый материал» напоминает скорее какую-нибудь неспешную зомби-драму, нежели злободневное фестивальное кино. Вынося за скобки колонизаторские мотивы и вообще все, что хоть как-то удовлетворяет любителей пропустить расклад через социально-политические призмы, постановщица просто ловит в полном хаосе чувства тех, кто оказался меж двух огней, но поди ж ты тут не прослезись. А.Св.

 

 

 

Сериал «The Show About the Show»

 

Для большинства режиссеров, таких как, например, Лена Данэм и Мэтт Джонсон, создание веб-сериала было способом без особых затрат заявить о себе в начале карьеры, после чего навсегда переехать в мир большого кино или традиционного телевидения. Для Кавеха Захеди, нью-йоркского режиссера среднего возраста, веб-сериал The Show About the Show, наоборот, становится кульминацией всей его 25-летней карьеры в независимом кино. Продолжая традиции его автобиографических фильмов с говорящими названиями вроде I Am a Sex Addict, The Show About the Show повествует ровно о том, о чем обещает, само о себе. В каждой новой серии Захеди самозабвенно рассказывает о съемках предыдущей серии, но это выходит у него так забавно и непринужденно, что нарциссизм и в помине не вызывает раздражения. При этом экран наполняется множеством красочных житейских деталей, которые вообще не ожидаешь увидеть в публичном пространстве, начиная с излишне политкорректных менеджеров телеканала и киношколы, где Захеди работает, и заканчивая предельно честным описанием его сексуальных фантазий об актрисе, снявшейся в предыдущей серии.

 

Нетрудно догадаться, что такое мета-повествование само по себе способно навлечь проблемы в реальной жизни: жена устроит скандал по поводу актрисы, а киношкола пригрозит увольнением. Из всех неприятных ситуаций режиссеру помогает выбраться та же сила, что его туда и загнала, обезоруживающая искренность, с которой он взаимодействует с окружающими. Она же со временем начинает пугать: в своем бескомпромиссном эксперименте Кавех Захеди с таким коварством совмещает документальную съемку, инсценировки реальных событий и даже инсценировки инсценировок с участием всей нью-йоркской мамблкор-тусовки, что кажется, что он не остановится даже когда его искусство взаправду начнет разрушать отношения и карьеры. Н. Л.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Комикс «Revival»

 

 

Зомби в привычном для нас виде появились в массовой культуре где-то в середине прошлого века, стали популярными благодаря трилогии Джорджа Ромеро, а потом заполонили почти все возможные медиумы – от кино и литературы до игр и телесериалов, периодически становясь популярными благодаря штукам вроде «Обители зла» и «Ходячих мертвецов». «Revival», в свою очередь, пытаются всю эту крайне заезженную тему немного обновить, воспользовавшись старым трюком «давайте посмотрим на все с человеческой стороны». По сюжету комикса в одном заснеженном американском городке где-то в глуши внезапно из могил восстали мертвые правда, они не превратились в плотоядных зомби, а просто как будто бы и не умирали, оставшись ровно такими же, как их и помнили все близкие. Город резко оказался в карантине, пока все пытаются понять, что же случилось – божественное чудо, научный феномен или что-то страшное и неочевидное, и какие у этого будут последствия.


С таким синопсисом «Revival» звучит как такой дикий микс из «Ходячих мертвецов», сериала «Оставленные» и комикса «Y: Последний мужчина», вдобавок выполненный в стилистике «Фарго» – мало того, что заснеженная глушь, так еще и главный герой тут – не самая удачливая женщина-полицейский. Один из ее родственников тоже оказывается «ожившим» (но пытается это скрывать), пока на фоне еще носится допытливый репортер, экзорцист-любитель, коп старой закалки, эксцентричный патологоанатом и другие персонажи, которых ожидаешь от такой истории. Конечно же, не обошлось без неминуемой философской и социальной подоплеки, вроде того, что каково быть людям, которые уже отпустили умерших близких, а теперь должны принять их обратно, или того, имеет ли жизнь прежний смысл, если ты все равно не можешь умереть. В общем, в следующем году из этого сделают ваш следующий любимый сериал, материал тут подходящий. К.М.

 

  

 

 

 

 

 

 

 

 

Игра «Sexy Brutale»

 

Окровавленная девочка будит разлегшегося на полу в чужом особняке монаха и вручает ему в одну руку сломанные часы, а в другую страшноватую маску. Теперь мужчина может делать что угодно, только, дойдя до пяти вечера, часы будут отбрасывать его обратно во времени на двенадцать часов в эту самую комнату, на этот самый ковер. Есть и выход: нужно сделать так, чтобы таинственный злоумышленник не убил гостей роскошного маскарада, который как раз происходит в особняке. В первый раз проследить за передвижениями очередной жертвы и убийцы, во второй, например, подложить в смертоносное ружье пустой патрон, и тогда временная петля разорвется, монах окажется в другой – ну и все по новой, пока всех не спасет.

 

В кино временные петли выглядят ужасно забавно, но в видеоиграх странно делать из них центральный аттракцион: за редкими исключениями все видеоигры – это и есть кое-как соединенные сюжетом временные петли. Слава богу, «Sexy Brutale» вытаскивает наружу базовую механику любой адвенчуры не ради красного словца, а чтобы выстроить диковинный психологический сюжет (ну кто поиграет, тот поймет), и все остальные необходимые для хорошей игры условия выполняет, не выпендриваясь. Особняк, то есть, нарисован волшебно, с бездной очаровательных мелочей и продуманной планировкой, человечки бегают, дерутся и машут руками, как в хорошем мультфильме, а пропорция печальной обреченности и восторга от исследования неизвестного рассчитана вполне безупречно. Другое дело, что если сам формат кукольного пазла в миленьких декорациях вас не завлекает, то и заигрывания игры с формой могут сработать совершенно вхолостую. А.С.

 

 

 

 Статья про секс-роботов

 

И ежу понятно, что с каждым годом все возрастающий поток произведений искусства про совместную жизнь людей и роботов вызван вполне конкретными ожиданиями, что вот скоро все эти роботы в нашей жизни, собственно, и появятся. Этому же ежу понятно и то, что силиконовые Майклы Фассбендеры и Эван Рейчел Вуды, сделанные на нынешнем уровне технологий, не столько невозможны, сколько будут стоить несусветных денег. Но есть же, наверное, та часть нашей объективной реальности, которая уже сейчас смыкается с дивным миром будущего? Огромная статья в Guardian обозревает несколько предприятий, занимающихся производством секс-кукол, чтобы убедиться, что все те приметы будущего, которыми люди себя либо распаляют, либо пугают (искусственный интеллект, обучаемость, максимальное человекоподобие при отсуствии всех человеческих слабостей), в этой индустрии уже в полной мере присутствуют. Речь причем идет о том, что секс-роботов в киношном смысле никто сейчас не производит: на исследования и производство, опять же, нужны прорвы денег, которых у скромных частных фирм нет и помину. Просто именно в этой области все малейшие новшества моментально приводят к всплеску интереса потребителей, готовых прямо сейчас раскошелиться за куклу с человеческой температурой тела, или с точной имитацией дыхания, или с навыком вмешиваться в разговор хозяина с посторонним, чтобы сказать, как же ей хочется прямо сейчас заняться сексом в чулане.

 

Все это крайне интересно и особенно ценно, конечно, не как сводка с довольно скромного сектора секс-игрушек (в тексте поминается недавний скандал с разумными вибраторами, которые сообщали производителю статистику пользователей без их ведома – ничего подобного с секс-куклами не происходит), а как еще один парадоксальный взгляд на природу сексуального притяжения живых людей. Например, самый далеко зашедший проект упирает не столько на то, что у робота будет большая красивая грудь, сколько на то, что тот будет болтать с владельцем про его любимые книги и шутить дурацкие шутки. А.С.

 

Фото: kinopoisk.ru, pinerest.com, the Guardian

Поделиться
Теги
Комментарии
Показать комментарии (0)
    Отправить
      Сейчас на главной
      Показать еще   ↓